5.1. Общая характеристика принципов третейского разбирательства

Принципы третейского судопроизводства являются основными началами законодательства о третейских судах. В свою очередь сами принципы третейского процесса образуют систему, которая обеспечивает функционирование института третейского разбирательства. Эта система должна быть логически непротиворечивой; принципы должны коррелировать между собой, а в своей совокупности - обеспечивать стабильность системы третейского разбирательства, целостность и согласованность ее внутренних элементов.
Правоведы интерпретируют правовые принципы как некие общие идеи, отражающие социальные представления об идеале, в соответствии с которым необходимо регулировать общественные отношения, складывающиеся в том или ином сообществе. Так, профессор Л.С. Явич определял принципы права как ведущие начала его формирования, развития и функционирования*(278). Развивая эту мысль, он писал о том, что "принципы законодательствования и правосудия - это такие начала указанных видов государственной деятельности, которые выражают закономерность и сущность данных функций, обладают универсальностью, императивностью и общезначимостью, направляют и синхронизируют законодательную и судебную деятельность, отражают ее объективную необходимость в государственно организованном обществе"*(279).
Н.С. Малеин обращал внимание на то, что идеи-принципы - это категории правосознания, поскольку дают представление о долженствующем в праве. В дальнейшем они объективируются в нормах права и правоотношениях*(280).
Выражая общие закономерности права и распространяя свое действие на всю сферу правового регулирования и всех субъектов регулируемых отношений, правовые принципы скрепляют нормативную систему, обеспечивают ее самодостаточность, способствуют устранению противоречий между различными юридическими институтами и нормами данной системы.
В.М. Шерстюк отмечает, что к проблеме принципов необходимо подходить с чрезвычайной осторожностью, поскольку "необдуманное и неоправданное расширение состава принципов может привести к "обесцениванию" и размыванию этой весьма значимой в социальном и правовом плане категории, а сужение состава принципов - к снижению гарантий судебной защиты прав организаций и граждан"*(281). Это суждение важно для характеристики системы как общеправовых, так и отраслевых правовых принципов, а также принципов, на которых основываются отдельные правовые институты.
Следует отметить, что, принимая тот или иной закон, законодатель не во всех случаях нормативно закрепляет принципы соответствующей системы правового регулирования той или иной сферы общественных отношений. Применительно к теме настоящей работы будет уместным упомянуть о том, что ранее действовавшее Временное положение о третейском суде для разрешения экономических споров не содержало положений, нормативно определяющих принципы третейского судопроизводства. Отсутствуют нормы о принципах и в Законе РФ "О международном коммерческом арбитраже".
При принятии же Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" законодатель нормативно закрепил систему принципов, на основе которых осуществляется третейское разбирательство "внутренними" третейскими судами. Закрепление перечня этих принципов российскими юристами расценивается как уникальная характеристика этого российского закона*(282).
Однако анализ высказываний современных российских правоведов свидетельствует о том, что вопрос о принципах третейского разбирательства не имеет однозначных оценок. Очевидно, что связано это главным образом с различным пониманием правовой природы третейских судов и третейского процесса, с разными представлениями о месте института третейского разбирательства в системе российского права, с различными подходами к соотношению третейского разбирательства и гражданского (арбитражного) процесса.
До принятия Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" в юридической литературе высказывались суждения и об иных принципах третейского разбирательства, нежели те, которые впоследствии получили нормативное закрепление в упомянутом законе. Речь идет о таких принципах, как непрерывность, оперативность, доступность, доверительность, договорность, принцип государственного контроля, добровольного исполнения третейских судебных решений, неизменности состава суда в третейском разбирательстве, содействие третейским судом достижению сторонами соглашения, окончательность и обязательность арбитражных решений, недопустимость его пересмотра по существу государственным судом и пр. Указанные принципы разными юристами квалифицировались как специфические юридические начала именно третейского судебного процесса*(283), что создавало основания для институционализации этого правового явления - третейского разбирательства.
Так, к примеру, Е.С. Герасимова среди принципов рассмотрения дела в третейском суде выделяла: независимость арбитров; коллегиальное и единоличное рассмотрение дел; равенство сторон; состязательность; национальный язык судопроизводства; устность и письменность производства; рассмотрение дела в закрытом заседании; законность; диспозитивность; оперативность рассмотрения дела; принцип формальной истины*(284).
Е.М. Цыганова среди принципов организации и деятельности третейского суда указывала на те принципы, которые присущи организации судебной власти и правосудию как функции государства (равенство сторон, состязательность, диспозитивность), а также и на специфические принципы деятельности третейских судов (принципы доверительности, доступности, оперативности, конфиденциальности, договорности и государственного контроля)*(285).
Н.Н. Толпакова и А.Н. Бойко к основным началам третейского разбирательства относят добровольность в применении третейской формы разрешения спора, выбор участниками спора судей по своему делу, несвязанность третейского суда правилами гражданского и арбитражного судопроизводства, закрытый характер разбирательства, поддержка решений третейского суда посредством принудительного исполнения органами государственной юрисдикции*(286).
З.Х. Баймолдина (Казахстан) полагает, что система принципов третейского судопроизводства должна обеспечить эффективность деятельности третейских судов по защите нарушенных или оспоренных субъективных гражданских прав и законных интересов, а также возможность широкого использования права на обращение (передачу дела) в третейский суд. С ее точки зрения, система принципов третейского судопроизводства "должна включать в себя следующие принципы: 1) независимости третейского суда и судьи при рассмотрении и разрешении споров о гражданском праве; 2) беспристрастности третейского судьи и соблюдения им законности при рассмотрении и разрешении спора о праве; 3) осуществления третейского разбирательства на основе добровольности и взаимного соглашения обеих сторон спора о праве; 4) содействия сотрудничеству между сторонами-контрагентами; 5) простоты третейской процедуры; 6) конфиденциальности третейского производства; 7) окончательности решения третейского суда и недопустимости его ревизии государственным судом"*(287).
Л.Х. Мингазов к основополагающим принципам третейского разбирательства относит добровольную "подсудность, справедливость при принятии решения и окончательность решения без пересуда спора в государственном суде"*(288).
Даже беглый обзор точек зрения свидетельствует о том, что среди юристов отсутствует единство мнений относительно количества принципов третейского судопроизводства, их системы и содержания.
Вместе с тем современное законодательство не квалифицирует большинство вышеуказанных принципов в качестве тех нормативных начал, которыми должен руководствоваться третейский суд в ходе разбирательства дела, переданного на его рассмотрение. Однако, как отмечается в юридической литературе, "в самом законодательстве, системе действующих норм права правовые принципы приобретают общеобязательное значение постольку, поскольку они закреплены законодателем"*(289). Общеобязательный характер правовых принципов проявляется в прямом правоприменении этих принципов при разрешении правовых коллизий. При этом правовые принципы имеют приоритетное значение по сравнению с иными правовыми нормами. Это означает, что в случае конкуренции между правовыми принципами и обычными правовыми нормами первенство принадлежит правовым принципам.
Итак, как уже было отмечено, Федеральный закон "О третейских судах в Российской Федерации" определил принципы третейского разбирательства. К таковым законодателем отнесены следующие принципы: законности, конфиденциальности, независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности, состязательности и равноправия сторон (ст. 18).
Уже после принятия Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" В.Н. Тарасов, говоря о принципах третейского процесса, выделяет общеправовые, межотраслевые и собственно третейские процессуальные (или функциональные) принципы*(290). К последним он относит принцип добровольности обращения в третейский суд; принцип автономности третейского соглашения; принцип безотзывности третейского соглашения; принцип назначения третейского судьи (судей) сторонами; принцип простоты и оперативности процедуры третейского разбирательства; принцип конфиденциальности третейского разбирательства; принцип компетенции компетенции; принцип окончательного характера третейского решения*(291).
Е.А. Виноградова отмечает, что помимо тех принципов, которые сформулированы в ст. 18 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", специальные принципы третейского разбирательства закреплены в ст. 17 этого же закона. К специальным принципам Е.А.  Виноградова относит принцип компетенции компетенции и принцип автономности третейского соглашения*(292). Аналогичные суждения высказывает и А.А. Костин*(293).
Е.Ю. Новиков к специальным принципам третейского разбирательства относит принцип третейского процессуального формализма, принцип судейской истины, принцип судебного руководства процессом и допустимости арбитрирования, принцип фидуциарности, принцип свободы договора, принцип ограничения ответственности государства за третейское разбирательство и независимости третейского суда от государственных судебных органов, принцип языка третейского разбирательства, принцип конфиденциальности, принцип нечетного состава третейского суда*(294).
Вместе с тем, как представляется, неточно отождествлять принципы третейского разбирательства и гражданского (арбитражного) судопроизводства. Между тем в юридической литературе довольно распространенной является точка зрения, согласно которой принципы третейского разбирательства и принципы гражданского (арбитражного) процесса совпадают. Так, А.И. Зайцев рассматривает третейское разбирательство как составную часть гражданского процесса*(295), вследствие чего видит едиными принципы, лежащие в основании регулирования гражданского процесса и третейского процесса как его института, составной части. Хотя эта позиция была высказана до принятия нового законодательства, регулирующего деятельность третейских судов в Российской Федерации, представляется важным оппонировать заложенному в ней подходу. Представляется, что третейское судопроизводство не является частью гражданского процесса, равно как и принципы третейского процесса не совпадают с принципами, на которых основывается развитие гражданского процесса.
Как видим, юристы, исследующие проблемы третейского процесса, не ограничиваются констатацией тех принципов, которые перечислены в ст. 18 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации". Очевидно, это объясняется тем, что законодатель, формализуя представление о принципах третейского процесса, не отразил объективно складывающихся закономерностей в сфере третейского разбирательства, имеющих характер объективных законов и в силу этого являющихся принципами данной сферы общественных отношений. Хотя ряд принципов третейского процесса не указан законодателем в качестве таковых, однако они закреплены в законодательстве "в виде простых норм" (например, принцип компетенции компетенции, принцип автономности третейского соглашения). Таким образом, даже несмотря на то, что законодатель не указывает на них в качестве принципов, это не лишает такие принципы-нормы характера основополагающих начал третейского разбирательства. Вместе с тем отметим, что для того, чтобы правовой принцип эффективно выполнял свою роль фундаментальной идеи, на которой базируется единство и целостность правовой отрасли (правового института), необходимо, чтобы этот принцип был нормативно закреплен в соответствующем законодательном акте.
Разнобои в представлениях о принципах третейского судопроизводства отражаются и в регламентах третейских судов, которые по-разному формулируют принципы третейского разбирательства. Зачастую в число принципов включаются и такие принципы, которые не указаны в действующем законодательстве. Так, например, в Регламенте Третейского суда для разрешения экономических споров при Торгово-промышленной палате Российской Федерации сформулирован принцип содействия третейским судом достижению сторонами мирового соглашения (ст. 19), согласно которому третейский суд всемерно содействует сторонам в урегулировании спора путем заключения мирового соглашения, исключая, однако, возможность нарушения этим соглашением охраняемых законом прав и интересов иных сторон*(296).
Этот же принцип несколько по-иному сформулирован в Регламенте Третейского суда при Санкт-Петербургской торгово-промышленной палате: третейский суд содействует достижению соглашения между сторонами и принимает решение в соответствии с достигнутым соглашением, если оно не противоречит законодательству и не нарушает охраняемые законом права и интересы третьих лиц (ст. 10)*(297). Регламент этого же суда в качестве принципа провозглашает и добровольность исполнения решения третейского суда (ст. 12).
Для характеристики третейского разбирательства как целостной системы важно то, что его принципы, с одной стороны, пронизывают всю систему третейского разбирательства, а с другой стороны, именно эти принципы имманентны этому правовому институту.
Между различными принципами третейского судопроизводства существует тесная взаимосвязь и взаимозависимость. В некоторых случаях взаимодействие различных принципов обеспечивается едиными процессуальными конструкциями. Так, принцип независимости третейских судей и принцип конфиденциальности третейского разбирательства обеспечиваются нормой, зафиксированной в п. 2 ст. 22 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" и устанавливающей, что третейский судья не может быть допрошен об обстоятельствах, которые стали известны ему в ходе третейского разбирательства. Тесная связь существует между такими принципами, как диспозитивность и состязательность (это, впрочем, традиционно для соотношения указанных принципов), что обеспечивает гибкость и развитие процесса, в том числе и третейского процесса.
Среди принципов третейского разбирательства следует отметить те принципы, которые являются общеправовыми, и принцип, который характерен собственно для сферы третейского судопроизводства. Все нормативно закрепленные принципы третейского процесса, за исключением принципа конфиденциальности, являются общеправовыми. Их истоки лежат в плоскости конституционного права и даже находят свое воплощение в Конституции Российской Федерации. Кроме того, указанные принципы реализованы и в сфере гражданского судопроизводства, обеспечивая функционирование государственных судов (судов общей юрисдикции и арбитражных судов).
Вместе с тем следует отметить, что действие этих принципов в сфере третейского судопроизводства несколько отличается от их функционирования в сфере государственного судопроизводства. Для реализации общеправовых принципов в сфере третейского судопроизводства законодатель использует юридические механизмы, которые несколько отличаются от правовых конструкций, при помощи которых реализуются соответствующие принципы в сфере гражданского (арбитражного) процесса. Так, Е.А. Виноградова обращает внимание на то, что было бы ошибкой "применение в третейском разбирательстве и иных принципов третейского разбирательства в том их значении, в котором они применяются в гражданском процессе. Например, конституционный принцип состязательности в государственных судах означает не только возложение обязанностей по доказыванию требований и (или) возражений, но и осуществление такого доказывания в предписанной законом процессуальной форме. Напротив, возможность рассмотрения третейским судом споров не в соответствии с точно определенными в законе процессуальными правилами, а преимущественно в порядке, согласованном сторонами третейского разбирательства, относится к основным допускаемым Законом преимуществам третейского разбирательства"*(298). Это же суждение в равной степени может быть отнесено и к характеристике иных принципов третейского разбирательства.

Сайт разработан для экранов с разрешением от 768х1024 и выше
Конфиденциальность Контакты ссылки