14.4. Дополнительное решение

Практика свидетельствует о том, что при разбирательстве правовых споров могут иметь место случаи неполноты принимаемых судебных (в том числе третейских) актов. Неполнота решения третейского суда является существенным недостатком соответствующего судебного акта. В этой связи необходимы юридические инструменты исправления таких недостатков. Поскольку законодательство допускает возможность исправления судебных упущений тем же судом, который принял решение, то в литературе этот институт именуется "самоконтроль суда первой инстанции". Теоретическая разработка этого института особенно активно велась в рамках школы процессуального права Саратовского юридического института (Саратовской государственной академии права)*(982). Представляется, что этот термин применим и к деятельности третейского суда, который осуществляет самоконтроль принятого им решения*(983). Институт самоконтроля решений третейского суда особенно важен именно в системе третейского разбирательства по той причине, что в отличие от государственной юрисдикции в третейском процессе отсутствуют апелляционный, кассационный или надзорный пересмотр судебных актов.
Особую актуальность имеют случаи, когда по самым разным причинам третейский суд, рассмотрев дело, в своем решении оставил без рассмотрения одно из нескольких заявленных требований. В таких случаях указанный недостаток может быть исправлен самим третейским судом, рассмотревшим дело. Делается это путем вынесения дополнительного решения.
Для того чтобы институт дополнительного решения не трактовался расширительно, законодатель устанавливает основание, в связи с которым такое решение может приниматься. Таким основанием, как уже отмечалось выше, является нерассмотрение третейским судом требований, которые были заявлены стороной в ходе третейского разбирательства, но не нашли отражения в решении третейского суда.
Инициатором вынесения дополнительного решения может быть только сторона, принимавшая участие в третейском разбирательстве. Другим лицам такого права не предоставлено. Представляется, что не вправе инициировать процедуру вынесения дополнительного решения и третьи лица, принимавшие участие в третейском разбирательстве. Сам третейский суд, рассмотревший дело, также не имеет права инициировать процедуру принятия дополнительного решения.
С момента, когда в третейский суд поступает заявление о принятии дополнительного решения, появляются основания для возобновления полномочий третейских судей, которые, как известно, в силу п. 2 ст. 13 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" были прекращены с принятием основного решения по делу. Представляется, что возобновление полномочий третейских судей должно осуществляться путем принятия третейским судом соответствующего определения.
Условия, при которых может быть сделано заявление о принятии дополнительного решения, установлены в ст. 34 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации". Во-первых, это может быть сделано в сроки, которые установлены соглашением сторон. Во-вторых, если соглашением сторон не предусмотрено иного, обращение в третейский суд с заявлением о принятии дополнительного решения может быть сделано в течение 10 дней после получения решения третейского суда. И в-третьих, заявление о принятии дополнительного решения может быть сделано только при условии уведомления другой стороны по делу, которое было предметом третейского разбирательства.
Неудачная формулировка п. 1 указанной статьи породила неясности в ее прочтении. Например, в комментарии к Федеральному закону "О третейских судах в Российской Федерации", подготовленном представителями (третейскими судьями) Сибирского третейского суда, были высказаны сомнения в направленности регулирования данной нормы. Комментируя норму, установленную в п. 1 ст. 34 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", М.Э. Морозов высказал мнение о том, что "в данном случае закон предоставляет сторонам только право договориться об отказе от вынесения дополнительного решения, регулируя процедуру вынесения дополнительного решения императивными нормами"*(984). Соглашаясь с тем, что формулировка имеет двусмысленный характер, вряд ли можно согласиться с той интерпретацией, которую дает данной норме М.Э. Морозов. В п. 1 ст. 34 речь идет о праве сторон договориться об ином сроке, нежели указан в данной статье (10 дней), в течение которого возможно обращение в третейский суд с заявлением о принятии дополнительного решения. Иная трактовка данной нормы фактически приводит к лишению заинтересованной стороны права на судебную защиту, поскольку даже наличие явной ошибки не предоставляет возможности третейскому суду исправить эту ошибку и вынести дополнительное решение в отношении тех требований, которые были заявлены в ходе третейского разбирательства, но не рассмотрены третейским судом.
В Федеральном законе "О третейских судах в Российской Федерации" не установлена процедура принятия дополнительного решения в отношении требований, которые были заявлены в ходе третейского разбирательства, однако не нашли отражения в решении третейского суда. Представляется, что для этих целей должно быть проведено судебное заседание. Хотя этот вопрос и не урегулирован Законом, но с целью соблюдения процессуальных гарантий сторонам, они должны быть уведомлены о таком судебном заседании, при этом третейский суд должен вынести определение о назначении судебного заседания, которое должно содержать сведения о времени и месте судебного разбирательства, а также должно быть направлено сторонам. Сторонам должно быть предоставлено право участия в судебном заседании. То есть процедура вынесения дополнительного решения должна быть подчинена общим правилам третейского разбирательства. В том же случае, если стороны, будучи уведомленными о времени и месте третейского разбирательства, не являются в заседание третейского суда по вынесению дополнительного решения, это не должно быть препятствием для проведения судебного заседания. Такой подход позволяет оптимизировать судебные процедуры по проведению третейского разбирательства. Вышеизложенные суждения позволяют нам не согласиться с мнением тех авторов, которые утверждают о возможности рассмотрения третейским судом заявления о принятии дополнительного решения без обязательного уведомления участников третейского разбирательства*(985).
Именно такой подход к процедуре принятия дополнительного решения предусмотрен в гражданском процессуальном законодательстве и в арбитражном процессуальном законодательстве (п. 2 ст. 201 ГПК РФ, п. 2 ст. 178 АПК РФ).
В том случае, если сторона в течение 10-дневного срока после получения решения третейского суда не сделает заявления о принятии дополнительного решения, по смыслу комментируемой нормы это лишает ее права делать соответствующее заявление в дальнейшем. Между тем возможны ситуации, когда срок подачи такого заявления может оказаться пропущенным по обстоятельствам, не зависящим от заинтересованного лица. Представляется, что для преодоления этой проблемы в законе следовало бы предусмотреть возможность восстановления третейским судом срока подачи заявления о принятии дополнительного решения, если он оказался пропущенным по причинам, признанным третейским судом уважительными. Это в большей степени соответствовало бы началам справедливости в третейском разбирательстве.
Следует иметь в виду, что под видом дополнительного решения не должно изменяться первоначальное решение третейского суда, а также не должны решаться вопросы, которые не были предметом рассмотрения в заседании третейского суда.
Дополнительное решение должно быть принято третейским судом в том же составе, который принимал решение по делу. В Федеральном законе "О третейских судах в Российской Федерации" не содержится норм, которые регулировали бы порядок принятия дополнительного решения в случае физической невозможности принять его в том же составе. Представляется, что в том случае, если отсутствует реальная возможность принять дополнительное решение в том же составе, такое решение должно быть принято третейским судом в ином составе.
Как было указано, институт дополнительного решения имеется и в гражданском процессуальном праве (ст. 201 ГПК РФ), и в арбитражном процессуальном праве (ст. 178 АПК РФ). Однако в гражданском и арбитражном процессе этот институт урегулирован в большей степени. Это проявляется, во-первых, в том, что в государственных судах инициаторами судебной процедуры по вынесению дополнительного решения помимо сторон могут быть и сами суды. Во-вторых, в судах общей юрисдикции и в арбитражных судах более широк круг оснований, по которым может быть вынесено дополнительное решение. Помимо такого основания, которое содержится в третейском судопроизводстве, дополнительное решение в государственных судах может быть вынесено и в том случае, если суд, разрешив вопрос о праве, не указал размер присужденной суммы, имущество, подлежащее передаче, или действия, которые обязан совершить ответчик (пп. 2 п. 1 ст. 201 ГПК РФ; пп. 2 п. 1 ст. 178 АПК РФ), а также в том случае, если судом не решен вопрос о судебных расходах (пп. 3 п. 1 ст. 201 ГПК РФ; пп. 3 п. 1 ст. 178 АПК РФ).
Результаты рассмотрения заявления о принятии дополнительного решения оформляются различными процессуальными актами в зависимости от существа принятого решения. Если третейский суд удовлетворяет заявление, то он принимает дополнительное решение, которое рассматривается как составная часть основного решения третейского суда. В том случае, если третейский суд не находит оснований для удовлетворения заявления о принятии дополнительного решения, принимается определение об отказе в удовлетворении заявления.
Исходя из общего смысла законодательства можно констатировать, что на принудительное исполнение дополнительного решения, как и на принудительное исполнение основного решения третейского суда, может быть выдан исполнительный лист.

Сайт разработан для экранов с разрешением от 768х1024 и выше
Конфиденциальность Контакты